Cпектакль о сталинских репрессиях пройдет в Киеве

24 сентября на сцене Национальной Филармонии Украины состоится спектакль «Я – Романтика». В прошлом театральном сезоне спектакль буквально «взорвал» театральную публику и вызвал значительный резонанс среди зрителей, посетивших премьеру о «Расстрелянном возрождении» в Киевском муниципальном академическом театре оперы и балета для детей и юношества.

Сегодня перед премьерой спектакля  уже на сцене Национальной Филармонии корреспонденту «Журналиста» удалось пообщаться с творческой группой, которая в рекордно-короткие сроки сумела реализовать проект, охвативший один из самых сложных и трагических периодов  украинской истории, – режиссером спектакля, солистом известной украинской группы «Авиатор» Дмитрием Тодорюком, главным хормейстером и дирижером проекта Анжелой Масленниковой, артистом Национальной Филармонии Украины и Киевского муниципального академического театра оперы и балета для детей и юношества Александром Рудько.  

– Каков был путь спектакля от рождения идеи до воплощения на сцене?

Александр Рудько:

– Идея у нас общая. Хотелось объединить музыку и слово. Изначально мы собирались взять антологию украинской литературы и объединить ее с музыкой, но эта идея слишком обширна и стало понятно, что нужно сконцентрироваться на каком-либо периоде.

Анжела Масленникова:

– Так как у первоначальной идеи было бесконечное количество векторов развития, то мы попросили Дмитрия выбрать то, на чем мы можем сконцентрироваться, и он остановился на эпохе «Расстрелянного Возрождения».

Александр Рудько:

– На мой взгляд, именно этот период концентрирует в себе огромный пласт наработок украинской литературы, которые были до этого.

 – Дмитрий, получив приглашение в проект, какова была Ваша реакция?

Дмитрий Тодорюк:

– В тот момент я работал в штате театра и в целом всегда откликаюсь на идеи моих коллег. Мне предложили развить вектор – создать идею спектакля для талантливого хора, где будут переплетаться музыка и слово. Мысль про «Расстрелянное возрождение» пришла сама собой. Не могу сказать, что я напряженно выбирал какую эпоху взять. Видимо, где-то внутри наболело. В свое время я хотел быть журналистом и очень много занимался литературой, и этот момент недоинформированности украинцев о том периоде заболел мне еще со времен школы. Помню, как наш педагог говорила: «Это вы – счастливые, потому что мы вам рассказываем о событиях «Расстрелянного возрождения», нам этого не преподавали». Поэтому когда мне в руки пришла возможность сделать спектакль  и с поэзией, и с красивыми музыкальными сочинениями, и донести это зрителю, то идею именно этой эпохи я принес Анжеле и Саше, и вместе мы решили, что «Расстрелянному возрождению» – быть!

– В современной украинской школе этой эпохе уделяют достаточно внимания, как Вы считаете?

Дмитрий Тодорюк:

– Я не знаю, так как еще прохожу этот этап как папа, но нынешняя реформа образования для меня в принципе не совсем понятна. Дай Бог, чтобы ее смысл понимали те, кто ее проводит, чтобы в результате наши дети выходили из школы с багажом знаний, а не с багажом документов.

Анжела Масленникова:      

– Я интересовалась этим вопросом. Тему «Расстрелянного возрождения» и поэтов того периода сейчас проходят в школах. Но, одно дело, когда это проходят в классе, в четырех стенах – к кому-то получается достучаться, к кому-то – нет. Я не уверена в том, что родители нынешних детей знают об этом в полном объеме. Мы подаем эту тему так, чтобы нас услышали, и потом зритель раскрыл книжку и что-то прочитал – и об этих поэтах, и эту поэзию. Я думаю, что это первый спектакль, где поэзия «Расстрелянного возрождения» звучит в концертном варианте. Думаю, что именно такая подача материала может заинтересовать и сделать намного больше, чем просто уроки в школе. Достучаться не только к детям, но и их родителям.

Александр Рудько:

– Даже я в школе проходил поэтов и писателей «Расстрелянного возрождения», но в этом не было расстановки акцентов. Мы проходили это как просто одну из тем, без понимания ее глубины – что это действительно была за трагедия для нас, украинцев. И в нашем спектакле мы как раз и расставляем эти акценты. Говорим о том, что это были люди, которые не были террористами и экстремистами, он просто писали стихи и произведения на украинском языке.

Дмитрий Тодорюк:

– И просто были неугодными из-за того, что писали на украинском языке.

Александр Рудько:

– Они верили в светлое будущее. Советское. Почему «Я — Романтика»? Они были мечтателями. Они верили, что побороли диктатуру царизма, а пришедшая ей на смену диктатура народа сделает всем хорошо. И все увидели, как им стало хорошо…

Дмитрий Тодорюк:

– Почему этот спектакль возник именно в сегодняшний период. Потому что сейчас время правды. Правды во всем – в СБУ какие-то документы открываются, архивы московского КГБ выплывают, и для того, чтобы люди более зрелого возраста тоже складывали для себя портрет той реальности, в которой они жили и как их обманывали, важно также и то, чтобы дети понимали, что это были страшные времена. Когда мой друг подарил своей бабушке книгу Суворова, она плакала и спрашивала: «За что тогда погиб мой муж?». В книге шла речь о взаимоотношениях Гитлера и Сталина и их скрытые договоренности.  Для той бабушки эта информация стала разрывом сознания. Наша миссия – сделать такой разрыв в головах зрителей, которые к нам приходят. Я не очень люблю, когда с моих спектаклей выходят со слезами, но если эти слезы появились – значит пробивает.

Анжела Масленникова:

– На самом деле правда и раньше стоила очень дорого. Люди, которые добиваются правды, знают, какой это большой риск и что иногда это стоит не просто карьеры, но и жизни. Но, именно эти люди способны изменить историю страны и менталитет общества. А открывающиеся пласты истории очень перекликаются с сегодняшним днем.        

Дмитрий Тодорюк:                                                                               

– Страшно пересекаются. У нас основная масса актеров, которые играют в этом спектакле, одеты в «ватники». И это вовсе не обидные намеки, а, к сожалению, некий интеллектуальный бич нашего общества. Большая масса людей не любят ни анализировать, ни думать, ни делать выводы.

– В прошлом сезоне в этом театре уже прошли три спектакля «Я – Романтика», какая приходила аудитория? Больше взрослых или все-таки детей и подростков?

Дмитрий Тодорюк:

– Специфика этого зала в том, что он больше ориентирован на вечерние спектакли. То есть эта камерная сцена, которая ждет у себя возрастной диапазон от студентов до 100 лет. Если обобщить – наш зритель – это аудитория 25 плюс.

– Если мы говорим о том, что Ваш спектакль своей глубиной и эмоциональностью мог бы помочь школьникам лучше понять определенную, очень важную для осознания эпоху в истории страны, как организовать, чтобы спектакль увидел более юный зритель?

Анжела Масленникова:

– 200% мы хотим видеть юного зрителя. В первую очередь нужно, чтобы пришли учителя, посмотрели, что за программа, для того чтобы после приводить классы и потоки. Потому что одна эта программа стоит нескольких лекций.

Александр Рудько:

– Я думаю, что это больше организационный процесс, который нужно интегрировать в учебный. Ребенок школьного возраста вряд ли придет сам, но его приход можно организовать.

Дмитрий Тодорюк:

– Я немножечко против такой системы, потому что дети, которых просто «загонят» сюда, они не смогут прочувствовать ауру. Люди, которые сюда приходят, понимают цель своего посещения. Более правильная модель, чтобы первыми пришли учителя, загорелись и смогли донести своим ученикам – зачем нужно посмотреть этот спектакль, какие стороны истории он раскрывает.

Анжела Масленникова:

– Такой вариант возможен при сотрудничестве с Министерством образования и Министерством культуры. Должна быть государственная заинтересованность в том, чтобы театры, кроме развлекательной программы, несли и просветительскую функцию.

– Вопрос эмоциональный. Насколько было сложно этот спектакль писать? И насколько сложно его играть?

Дмитрий Тодорюк:

– Наверное, самая большая сложность была в том, чтобы из всей антологии «Расстрелянного возрождения» выбрать произведения для включения в спектакль. Проект рождался за очень короткие сроки. Сам спектакль появился за 4 репетиции, однако этому предшествовала большая подготовительная работа нас всех – мы встречались, проговаривали акценты, учили материал и так далее. Самое сложное было прочитать всю литературу, она очень разная и по эмоциям, и по философским и политическим взглядам, из этого надо было создать одну историю, для создания которой нужно было многое пропустить через себя.

Александр Рудько:

– Каждый спектакль, который мы уже сыграли, был разным, и по внутреннему наполнению и по эмоциональному накалу. Когда начинаешь, ты просто боишься этого всего, потому что ты понимаешь – от имени каких Людей говоришь. Тех, кто отдал свою жизнь за то, чтобы ты сегодня мог стоять и говорить. Самым страшным было не занизить значимость этих людей. Хотелось максимально передать их внутренний мир. И с каждым спектаклем, как мне кажется, мы идем в глубину. Каждый раз находишь для себя параллели с происходящим сегодня, чтобы зацепить людей, сидящих в зале. Потому что произносишь текст, написанный сто лет тому назад, а в голове у меня сегодняшняя картинка. Я верю в то, что энергия идет от нас на зал, и если люди видят, что меня это волнует, то и их это сможет взволновать. Меня волнует то, что происходит у нас сейчас и то, что происходило столетие назад, в эпоху «Расстрелянного возрождения», когда человек погибал за то, что хотел свободно мыслить и высказываться. Это болит.

Дмитрий Тодорюк:

– 4 ноября  1111 человек расстреляно просто так. Сталин проснулся и четыре цифры – 1111 для него просто сложились и он отдал указ…. В тот день расстреляли, в том числе, и Леся Курбаса. Эти вещи нужно знать, чтобы понимать громадность этого зла, которое до сих пор живет в головах людей.

Александр Рудько:

– Возвращаясь в начало нашего разговора, многие люди просто боятся задумываться о событиях, которые тогда происходили. Потому что когда ты задумываешься, то понимаешь, что человека убивали за слово, за то, что мы сейчас абсолютно не ценим. Мы можем выйти и сказать все, что угодно. Задуматься о причинах тех событий – страшно, поэтому люди ставят сами себе рамки – «я за позитив, за мир и жвачку, и не лезу в политику». Но те люди тоже не лезли в политику, но своим творчеством и тем, что они отдали за него жизнь, они и сегодня делают политику, меняя мышление современных людей, чтобы мы становились свободными. Поэтому нам было важно не опошлить главную идею излишним романтизмом и не впадать в пафос и патетику, свойственные той эпохе. Мы показываем живого человека. Человека, который пишет стихи. Человека, который борется за свои идеи.

Анжела Масленникова:

– Для нас очень важно и значимо то, что сегодня нас пригласили с этим спектаклем в Национальную Филармонию Украины. Художественный руководитель Филармонии Анатолий Владимирович Лукашов – Человек, Профессионал и Интеллектуал с большой буквы, равных которому по уровню режиссерского мастерства я не знаю ни в Киеве, ни в Украине, дал высокую оценку нашему спектаклю, и поэтому мы приглашены на сцену главной художественной площадки Украины.

Дмитрий Тодорюк:

– Хотел бы добавить несколько слов по поводу музыкального материала. В спектакле практически нет декораций – всю атмосферу, усиливающую героя, создает работа хора Киевского муниципального академического театра оперы и балета для детей и юношества. «Я – Романтика» – музыкально-драматический спектакль, поэтому музыкальное сопровождение играет ключевую роль в передаче эмоций и сути, которые мы в него вложили.

16.09.2017

https://journalist.today/spektakl-o-stalinskix-repressiyax-projdyot-v-kieve-fotovideo/